Он не принадлежал себе. Банальность вроде той, которая гласит: <<Есть вещи сильнее нас>>, казалась ему потрясающе верной. Это было единственное, что оправдывало его и хоть как-то объясняло последующие события.

Он вышел из кафе и, пошатываясь, отправился вверх по улице. Наступил промозглый мартовский вечер. В весеннем ветре еще не было жизни – только тепло, превратившее снег в грязь. Где-то за плотной пеленой облаков пряталась полная луна…

Виктор долго бродил по городу, испытывая жажду и отвращение к себе. Сейчас даже в уличную драку он ввязался бы с радостью. Это отвлекло бы его хотя бы ненадолго, но в тот вечер тротуары были пусты.

Он и сам не заметил, как очутился возле дома колдуна. Впечатление было такое, что этот дом мог оказаться на любой из улиц; все дороги вели к нему. Впрочем, Виктор видел только забор и сумрачные ели в парке. Рядом с въездными воротами была решетчатая калитка, на которой висел бронзовый колокол с вычурной резьбой. Бронза позеленела от старости. Удивительно было, что эту вещь до сих пор не украли.

Виктор протянул руку к колоколу, но она замерла в воздухе. Из-за решетки на него смотрели тусклые глаза двух ротвейлеров. Псы, материализовавшиеся из темноты, стояли и ждали, готовые выполнить свою работу.

Виктор проглотил слюну и ударил в колокол. Звук оказался негромким и надтреснутым. Его нельзя было услышать в доме, однако через минуту в парке появился высокий человек с застывшим лицом, который, по слухам, являлся телохранителем Бо.